Ovcharov & Partners
Ovcharov & Partners

Труханов vs НАБУ: почему суд оправдал мэра Одессы

О квалификации кадров и ее влиянии на дело
9 июля 2019 года в Малиновском районном суде Одессы было завершено объявление оправдательного приговора городскому голове и другим должностным лицам Одесского городского совета по делу о незаконном завладении средствами местного бюджета при приобретении помещений обанкротившегося завода «Краян».
Напомним, что, по версии Национального антикоррупционного бюро Украины (НАБУ) и Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП), мэр Одессы Геннадий Труханов совместно с другими должностными лицами Одесской мэрии и аффилированной частной компании завладели средствами местного бюджета города на сумму около 185 млн грн в результате приобретения по заведомо завышенным ценам помещений бывшего завода «Краян». В НАБУ сообщали, что уплаченные средства, предположительно, планировали легализовать через предприятие с признаками фиктивности, основатель и руководитель которого, как установило следствие, в настоящее время проживает на неподконтрольной Украине территории Луганской области.

Судебное разбирательство данного уголовного производства продолжалось почти полгода, в течение которого исследовали более 65 томов доказательств и заслушали большое количество свидетелей. По результатам этого рассмотрения коллегия судей Малиновского районного суда Одессы вследствие недостаточности предоставленных суду доказательств, пришла к выводу об отсутствии в действиях городского головы Труханова и других должностных лиц состава преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 191 Уголовного Кодекса Украины.

Полного текста решения по этому делу пока еще нет, однако суд осуществлял прямую трансляция всего процесса оглашения приговора, что позволило услышать и проанализировать основные аргументы, которыми руководствовался суд при принятии решения.

В ходе указанного анализа стало очевидно, что дело фактически «развалилось» в суде из-за большого количества существенных нарушений процессуального законодательства, допущенных детективами и прокурорами во время досудебного расследования. Такие нарушения привели к тому, что большая часть доказательств, на которых строилось обвинение, были признаны судом недопустимыми, а значит, не могли быть положены в основу приговора. Ниже приводим подробный перечень основных таких нарушений и соответствующих заключений суда.
1
Нарушение процедуры временного доступа к вещам и документам
Большая часть доказательств в этом производстве были получены с нарушением процедуры временного доступа к вещам и документам и были признаны недопустимыми доказательствами.

Так, большинство определений о временном доступе выполняли детективы, которые прямо не указаны в соответствующем решении следственного судьи. Временный доступ получали следователи, не входившие в группу следователей по этому уголовному производству, или детективы, действовавшие по доверенности. Такая практика со стороны работников НАБУ является незаконной, поскольку в соответствии со ст. 165 Уголовно-процессуального кодекса Украины (УПК), исполнение такого определения может осуществляться только лицом, которое в нем указано. К тому же, согласно ст. 40 УПК, следователь (детектив) не имеет права перепоручать его исполнение другим лицам, поскольку временный доступ к вещам и документам является мерой обеспечения уголовного производства, а не следственным (розыскным) действием или негласным следственным (розыскным) действием (только последние могут быть правомерно перепоручены оперативным подразделениям). Определение следственного судьи о временном доступе к вещам и документам не может исполняться лицами, которые в нем прямо не указаны, даже при наличии у них каких-либо поручений.
2
Нарушения процедуры проведения обыска
Похожая ситуация произошла и с исполнением определений о разрешении на проведение обыска. Большое количество вещей и документов, изъятых во время обысков у фигурантов дела, у государственных и частных предприятий, учреждений и организаций также были признаны недопустимыми доказательствами, в результате проведения следственного действия детективами, которые не были указаны в соответствующем определении следственного судьи и вообще не входили в состав следственной группы по этому уголовным производству.

Также были признаны недопустимыми результаты и тех обысков, которые проводились детективами по поручениям. Практика признания полученных таким образом доказательств недопустимыми давно известна, что подтверждает четкая правовая позиция Верховного суда (решение по делу №466/896/17 от 29 января 2019 года).

В дальнейшем, в результате применения «теории плодов отравленного дерева», были признаны недопустимыми также и те доказательства, которые основывались на вещах и документах, незаконно изъятых во время указанных обысков: в частности, протоколы осмотра телефонов, планшетов, ноутбуков, документации и т. п.
3
Нарушения процедуры проведения осмотра зданий
Так же с существенным нарушением проводились и осмотры зданий, в частности осмотр помещения обанкротившегося завода «Краян». Так, указанные следственные действия проводились либо вообще при отсутствии понятых, привлечение которых является обязательным при их проведении, либо с участием лиц, которые не могут быть понятыми. В частности, в качестве понятых, вопреки УПК, были привлечены представители собственника здания в лице Одесского городского совета, которые могут быть заинтересованы в результатах рассмотрения уголовного производства в отношении должностных лиц этого же горсовета.

Также в протокол осмотра с участием экспертов не были внесены полные анкетные данные всех участников. К тому же приложения к протоколу были оформлены с нарушением требований действующего законодательства, а именно они не были упакованы и опечатаны должным образом и на них отсутствовали подписи уполномоченных лиц и участников следственного действия, что поставило под сомнение неизменность их содержания и отсутствие каких-либо фальсификаций этих доказательств.

В результате таких нарушений соответствующее заключение судебной строительно-технической и оценочно-строительной экспертизы было признано недопустимым. Подобные заключения являются основными доказательствами в уголовных производствах, поскольку только экспертиза может установить завышение цены и размер причиненного ущерба. При их отсутствии доказать наличие состава указанного преступления просто невозможно.
4
Нарушения процессуального порядка вмешательства в частное общение участников уголовного производства
Детективы НАБУ также незаконно и с существенным нарушением процессуального порядка осуществляли вмешательство в частное общение участников уголовного производства.

Большое количество протоколов негласных следственных (розыскных) действий (НС(Р)Д) были признаны недопустимыми, поскольку не были соблюдены процедуры фиксации хода и результатов их проведения. Так, непосредственно НС(Р)Д проводились оперативными работниками Службы безопасности Украины по поручению детективов, а сами протоколы об их проведении составляли детективы НАБУ спустя длительное время после окончания соответствующих действий. Кроме того, в материалах дела отсутствуют и рапорты непосредственно оперативных работников о ходе и порядке проводимых ими НС(Р)Д, а также отсутствуют какие-либо анкетные данные этих работников, что лишило возможности проверить (путем допроса) надлежащим ли образом были выполнены поручения детективов и соблюдены требования специального законодательства. В дальнейшем указанные протоколы НС(Р)Д передавались прокурорам с нарушением установленного законом срока, что сделало невозможным осуществление надлежащего надзора и контроля.

Кроме того, детективы пытались получить доступ к содержанию личной переписки фигурантов дела в обход процедуры проведения НС(Р)Д, что является единственным законным способом вмешательства в приватное общение. Изъяв при обыске мобильные телефоны, планшеты и компьютеры участников уголовного судопроизводства, детективы обратились к следственному судье с ходатайством о предоставлении временного доступа к информации, содержащейся на этих телефонах, а именно к содержанию сообщений в мессенджерах типа Viber, Telegram и т .д.

Вместе с тем временный доступ к вещам и документам является лишь мерой обеспечения уголовного производства, и не дает право на вмешательство в приватное общение, доступ к содержанию которого можно получить только на основании определения следственного судьи о разрешении на проведение НС(Р)Д. При этом временный доступ не дает детективу право знакомиться с содержанием переписки и звонков. Такая позиция давно нашла свое применение в практике судов, в том числе и Верховного суда (письмо от 5 марта 2013 №233-559/014-13), который подробно разъяснил различия между этими действиями.

Так же обойти предусмотренную законодательством процедуру детективы пытались путем получения временного доступа к материалам НС(Р)Д, которые были проведены в рамках другого уголовного производства, что возможно только на основании соответствующего определения следственного судьи о разрешении на такое использование, вынесенного на основании ходатайства прокурора. Такого решения не было, а значит, указанные материалы не были признаны доказательствами в рамках этого уголовного производства.

Вышеуказанные нарушения требований законодательства являются существенным нарушением прав человека, и вполне оправданно повлекли за собой безусловное признание доказательств, собранных таким образом, недопустимыми. В то же время результаты НС(Р)Д в подобных делах играют ключевую роль при доказательстве наличия умысла и мотивов на совершение уголовного преступления, а также для установления ролей каждого из соучастников. Исключение этих материалов из перечня доказательств фактически сделало невозможным доказывание наличия в действиях должностных лиц Одесского городского совета состава инкриминируемого им уголовного преступления.

5
Нарушения процедуры уведомления о подозрении
Суд существенным нарушением признал также и тот факт, что уведомление о подозрении Труханова было осуществлено ненадлежащим субъектом. Так, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 481 УПК Украины, уведомление о подозрении, в частности, городскому голове, должно осуществляться Генеральным прокурором, его заместителем, или руководителем региональной прокуратуры. Указанный порядок не был соблюден. Хотя по поводу толкования указанных положений в профессиональных юридических кругах шла усиленная дискуссия, однако, поскольку по этому поводу уже есть сложившаяся правовая позиция Верховного суда, прокурорам и детективам следовало бы ее учесть.

Как видим, оправдательный приговор в отношении Труханова и других высокопоставленных чиновников является не столько следствием коррумпированной судебной системы, неспособной должным образом рассматривать подобные дела, сколько следствием недостаточной компетентности отдельных работников НАБУ и САП. Последние, несмотря на то, что были отобраны в результате жесткого многоуровневого конкурса, просто не смогли на должном уровне провести расследование этого дела.

При таком низком уровне профессиональной подготовки кадров правоохранительных органов даже создание Высшего антикоррупционного суда не повлияет на количество осужденных чиновников за коррупционные и/или служебные преступления, поскольку суд при осуществлении правосудия должен руководствоваться в первую очередь правом, а не политической целесообразностью и желаниями общественности, потому что последние редко соотносятся с требованиями соблюдения прав человека и справедливого судебного разбирательства.
Колонка написана в соавторстве с Мадиной Туваклиевой, юристом АО «Овчаров и Партнеры»